| все об авторе | цветаева.поэзия :: по году :: по названию/первой строке | главная новости русской поэзии |
|
Марина Цветаева | |||
|
||||
|
||||
|
|
|
|
| Примечание: Потому что эти произведения взяты из других источников, я не ручаюсь за их достоверность. Выверенные тексты находятся на заглавной странице автора. По мере сверки с достоверными источниками, эти стихотворения будут переводится в основной раздел. | ||
|
* * *Тоска по Родине! Давно Разоблаченная морока! Мне совершенно все равно - Где совершенно одинокой Быть, по каким камням домой Брести с кошёлкою базарной В дом, и не знающий, что - мой, Как госпиталь или казарма. Мне все равно, каких среди Лиц ощетиниваться пленным Львом, из какой людской среды Быть вытесненной - непременно - В себя, в единоличье чувств. Камчатским медведём без льдины Где не ужиться (и не тщусь!), Где унижаться - мне едино. Не обольщусь и языком Родным, его призывом млечным. Мне безразлично, на каком Непонимаемой быть встречным! (Читателем, газетных тонн Глотателем, доильцем сплетен...) Двадцатого столетья - он, А я - до всякого столетья! Остолбешевши, как бревно, Оставшееся от аллеи, Мне все - равны, мне всё - равно, И, может быть, всего равнее - Роднее бывшее - всего. Все признаки с меня, все меты, Все даты - как рукой сняло: Душа, родившаяся - где-то. Так край меня не уберег Мой, что и самый зоркий сыщик Вдоль всей души, всей - поперек! Родимого пятна не сыщет! Всяк дом мне чужд, всяк храм мне пуст, И всё - равно, и всё - едино. Но если по дороге - куст Встает, особенно - рябина...Источник: Прислал читатель
ДОН ЖУАНИ была у Дон Жуана - шпага, И была у Дон Жуана - Донна Анна, Вот и все, что люди мне сказали О прекрасном, о несчастном Дон Жуане. Но сегодня я была умна: Ровно в полночь вышла на дорогу. Кто-то шел со мною в ногу, Называя имена. И белел в тумане посох странный... И была у Дон Жуана - шпага, - Не было у Дон Жуана - Донны Анны!Источник: Прислал читатель
* * *Есть имена, как душные цветы, и взгляды есть, как пляшущее пламя... Есть темные извилистые рты, с глубокими и влажными углами. Есть женщины - их волосы, как шлем, их веер пахнет гибельно и тонко, им тридцать лет. - Зачем тебе, зачем моя душа спартанского ребенка?Источник: Прислал читатель
* * *Сегодня таяло, сегодня я простояла у окна. Ум - отрезвленней, грудь свободней, опять умиротворена. Не знаю, почему. Должно быть, устала попросту душа и как-то не хотелось трогать мятежного карандаша. Так простояла я - в тумане,- далекая добру и злу, тихонько пальцем барабаня по чуть звенящему стеклу. Душой не лучше и не хуже, чем первый встречный: этот вот,- чем перламутровые лужи, где расплескался небосвод. Чем пролетающая птица и попросту бегущий пёс. И даже нищая певица меня не трогала до слёз. Забвенья милое искусство душой освоено уже. Какое-то большое чувство сегодня таяло в душе.Источник: Прислал читатель
* * *Не хочу ни любви, ни почестей. - Опьянительны. - Не падка! Даже яблочка мне не хочется - Соблазнительного - с лотка.... Что-то цепью за мной волочиться, Скоро громом начнет греметь. Как мне хочется, Как мне хочется - Потихонечку умереть!Источник: Прислал читатель
НА СМЕРТЬ РИЛЬКЕВерно плохо вижу, ибо в яме, Верно лучше видишь, ибо свыше: Ничего у нас стобой не вышло, До того, так чисто и так просто - Ничего, так по плечу и росту Нам - что и перечислять не надо. Ничего, кроме - не жди: из ряду Выходящего: неправ из такта Выходящий! - а - в какой бы, как бы Ряд - вошедшего б? Припев извечный: Ничего - хоть чем-нибудь на нечто, Что-нибудь - хоть издали бы - тень хоть Тени! Ничего, что: час тот, день тот, Дом тот - даже смертнику в колодках Памятью дарованное: рот тот! Или слишком разбирались в средствах? Из всего того один лишь свет тот Наш был, как мы сами - только отсвет Нас - взамен всего сего - весь тот свет.Источник: Прислал читатель
* * *Я не хочу ни есть, ни пить, ни жить, А так: руки скрестить - тихонько плыть Глазами по пустому небосклону. Ни за свободу я - ни против оной - О, Господи! - не шевельну перстом - Я не дышать хочу - руки крестом!Источник: Прислал читатель
* * *...Я бы хотела жить с Вами в маленьком городе, Где вечные сумерки , и вечные колокола. И в маленькой деревенской гостинице Тонкий звон старинных часов - словно капельки времени. И иногда, по вечерам, из какой-нибудь мансарды - Флейта, И сам флейтист в окне, И большие тюльпаны на окнах. И, может быть, Вы бы даже меня не любили...Источник: Прислал читатель
* * *Мой день беспутен и нелеп: У нищего прошу на хлеб, Богатому даю на бедность, В иголку продеваю - луч, Грабителю вручаю - ключ, Белилами румяню бледность. Мне нищий хлеба не дает, Богатый денег не берет, Луч не вдевается в иголку, Грабитель входит без ключа, А дура плачет в три ручья - Над днем без славы и без толку.Источник: Прислал читатель
ПСИХЕЯПунш и полночь. Пунш - и Пушкин. Пунш - и пенковая трубка Пышущая. Пунш - и лепет Бальных башмачков по хриплым Половицам. И - как призрак - В - полукруге арки - птицей - Бабочкой ночной - Психея! Шепот: "Вы еще не спите? Я - проститься ..." Взор потуплен. (Может быть, прощенья просит За градущие проказы Этой ночи?) Каждый пальчик Ручек, павших Вам на плечи, Каждый перл на шейке плавной По сто раз перецелован. И, на цыпочках - как пери! - Пируэтом - привиденьем - Выпорхнула. - Пунш - и полночь. Вновь впорхнула: "Что за память! Позабыла опахало! Опоздаю... В первой паре Полонеза..." Плащ накинув на одно плечо - покорно - Под руку поэт - Психею По трепещущим ступенькам Провожает. Лапки в плед ей Сам укутал, волчью полость Сам запахивает... - "С богом!" А Психея, К спутнице припав - слепому Пугалу в чепце - трепещет: Не прожег ли ей перчатку Пылкий поцелуй арапа...Источник: Прислал читатель
П.Э.Осыпались листья над Вашей могилой, И пахнет зимой. Послушайте, мертвый, послушайте, милый: Вы все-таки мой. Смеетесь! - В блаженной крылатке дорожной! Луна высока. Мой - так несомненно и так непреложно, Как эта рука. Опять с узелком подойду утром рано К больничным дверям. Вы просто уехали в жаркие страны, К великим морям. Я Вас целовала! Я Вам колдовала! Смеюсь над загробною тьмой! Я смерти не верю! Я жду Вас с вокзала - Домой! Пусть листья осыпались, смыты и стерты На траурных лентах слова. И, если для целого мира Вы мертвы, Я тоже мертва. Я вижу, я чувтвую,- чую Вас всюду, - Что ленты от Ваших венков! - Я Вас не забыла и Вас не забуду Во веки веков. Таких обещаний я знаю бесцельность, Я знаю тщету. - Письмо в бесконечность. - Письмо в беспредельность. - Письмо в пустоту.4 октября 1914Источник:
ГЕНЕРАЛАМ ДВЕНАДЦАТОГО ГОДАСергею Вы, чьи широкие шинели Напоминали паруса, Чьи шпоры весело звенели И голоса. И чьи глаза, как бриллианты, На сердце вырезали след - Очаровательные франты Минувших лет. Одним ожесточеньем воли Вы брали сердце и скалу,- Цари на каждом бранном поле И на балу. Вас охраняла длань Господня И сердце матери. Вчера - Малютки-мальчики, сегодня - Офицера. Вам все вершины были малы И мягок - самый черствый хлеб, О молодые генералы Своих судеб! Ах, на гравюре полустертой, В один великолепный миг, Я встретила, Тучков-четвертый, Ваш нежный лик, И вашу хрупкую фигуру, И золотые ордена... И я, поцеловав гравюру, Не знала сна. О, как - мне кажется - могли вы Рукою, полною перстней, И кудри дев ласкать - и гривы Своих коней. В одной невероятной скачке Вы прожили свой краткий век... И ваши кудри, ваши бачки Засыпал снег. Три сотни побеждало - трое! Лишь мертвый не вставал с земли. Вы были дети и герои, Вы все могли. Что так же трогательно-юно, Как ваша бешеная рать? .. Вас златокудрая Фортуна Вела, как мать. Вы побеждали и любили Любовь и сабли острие - И весело переходили В небытие.Феодосия, 26 декабря 1913Источник: Артикул
* * *И взглянул - как в первые раза Не глядят. Черные глаза глотнули взгляд. Вскинула ресницы и стою - Что, - светла? - Не скажу, что выпита дотла. Все до капли поглотил зрачок И стою. И течет твоя душа в мою.Источник: Он и Она
* * *Рябину Рубили Зорькою. Рябина - Судьбина Горькая. Рябина - Седыми Спусками. Рябина! Судьбина Русская.Источник: Библиотека Мошкова
* * *Писала я на аспидной доске, И на листочках вееров поблеклых, И на речном, и на морском песке, Коньками по льду, и кольцом на стеклах, - И на стволах, которым сотни зим, И, наконец, - чтоб всем было известно! - Что ты любим! любим! любим! любим! - Расписывалась - радугой небесной. Как я хотела, чтобы каждый цвел В веках со мной! под пальцами моими! И как потом, склонивши лоб на стол, Крест-накрест перечеркивала - имя... Но ты, в руке продажного писца Зажатое! ты, что мне сердце жалишь! Непроданное мной! внутри кольца! Ты - уцелеешь на скрижалях.18 мая 1920Источник: Библиотека Мошкова
* * *Свободно шея поднята, Как молодой побег. Кто скажет имя, кто - лета, Кто край ее, кто - век? Извилина неярких губ Капризна и слаба, Но ослепителен уступ Бетховенского лба. До умилительности чист Истаявший овал, Рука, к которой шел бы хлыст И в серебре - опал. Рука достойная смычка, Ушедшая в шелка, Неповторимая рука, Прекрасная рука.10 января 1915Источник: Немного о грустном
* * *Ты проходишь своей дорогою, И руки твоей я не трогаю, Но тоска во мне - слишком вечная, Чтоб была ты мне - первой встречною. Сердце сразу сказало: "Милая!" Все тебе наугад - простила я, Ничего не знав - даже имени! О, люби меня, о люби меня! Вижу я - по губам извилиной, По надменности их усиленной, По тяжелым надбровным выступам: Это сердце берется - приступом! Платье - шелковым черным панцирем, Голос - с чуть хрипотцой цыганскою, Все в тебе мне до боли нравится - Даже то, что ты не красавица! Красота, не увянешь за лето. Не цветок - стебелек из стали ты, Злее злого, острее острого, Увезенный - с какого острова? Опахалом чудишь иль тросточкой, - В каждой жилке и в каждой косточке, В форме каждого злого пальчика, - Нежность женщины, дерзость мальчика. Все усмешки стихом парируя, Открываю тебе и миру я Все, что нам в тебе уготовано, Незнакомка с челом Бетховена!14 января 1915Источник: Прислал читатель
ПОЛНОЧЬСнова стрелки обежали целый круг: Для кого-то много счастья позади. Подымается с мольбою сколько рук! Сколько писем прижимается к груди! Где-то кормчий наклоняется к рулю, Кто-то бредит о короне и жезле, Чьи-то губы прошептали: "не люблю", Чьи-то локоны запутались в петле. Где-то свищут, где-то рыщут по кустам, Где-то пленнику приснились палачи, Там, в ночи, кого-то душат, там Зажигаются кому-то три свечи. Там, над капищем безумья и грехов, Собирается великая гроза, И над томиком излюбленных стихов Чьи-то юные печалятся глаза.Источник: Яблоко.Ру
* * *Могу ли не вспоминать я Тот запах White-Rose и чая, И севрские фигурки Над пышащим камельком... Мы были: я - в пышном платье Из чуть золотого фая, Вы - в вязанной черной куртке С крылатым воротником. Я помню, с каким вошли Вы Лицом - без малейшей краски, Как встали, кусая пальчик, Чуть голову наклоня. И лоб Ваш властолюбивый, Под тяжестью рыжей каски, Не женщина и не мальчик, - Но что-то сильней меня! Движением безпричинным Я встала, нас окружили. И кто-то в шутливом тоне: "Знакомтесь же, господа". И руку движеньем длинным Вы в руку мою вложили, И нежно в моей ладони Помедлил осколок льда. С каким-то, глядевшим косо, Уже предвкушая стычку, - Я полулежала в кресле, Вертя на руке кольцо. Вы вынули папиросу, И я поднесла Вам спичку, Не зная, что делать, если Вы взглянете мне в лицо. Я помню - над синей вазой - Как звякнули наши рюмки. "О, будьте моим Орестом!", И я Вам дала цветок. С зарницею сероглазой, Из замшевой черной сумки Вы вынули длинным жестом И выронили - платок.28 января 1915Источник: Прислал читатель
* * *Над Феодосией угас Навеки этот день весенний, И всюду удлиняет тени Прелестный предвечерний час. Захлебываясь от тоски, Иду одна, без всякой мысли, И опустились и повисли Две тоненьких моих руки. Иду вдоль генуэзских стен, Встречая ветра поцелуи, И плятья шелковые струи Колеблются вокруг колен. И скромен ободок кольца, И трогательно мал и жалок Букет из нескольких фиалок Почти у самого лица. Иду вдоль крепостных валов, В тоске вечерней и весенней. И вечер удлиняет тени, И безнадежность ищет слов.Источник: Девичник
* * *Я с вызовом ношу его кольцо! -Да, в вечноти - жена, не на бумаге! - Чрезмерно узкое его лицо Подобно шпаге. Безмолвен рот его, углами вниз, Мучительно-великолепны брови. В его лице трагически слились Две древних крови. Он тонок первой тонкостью ветвей. Его глаза - прекрасно-бесполезны! - Под крыльями раскинутых бровей - Две бездны. В его лице я рыцарству верна, -Всем вам, кто жил и умирал без страху! - Такие - в роковые времена - Слагают стансы - и идут на плаху.Источник: Девичник
* * *Здравствуй! Не стрела, не камень: Я! - Живейшая из жен: Жизнь. Обеими руками В твой невыспавшийся сон. Дай! (На языке двуостром: На! - Двуострота змеи!) Всю меня в простоволосой Радости моей прими! Льни! - Сегодня день на шхуне, -Льни! - на лыжах! - Льни - льняной! Вызолоченный, седьмой! -Мой! - и о каких наградах Рай, когда в руках, у рта - Жизнь: распахнутая радость Поздороваться с утра!Источник: Девичник
* * *Наконец-то встретила Надобного - мне: У кого-то смертная Надоба - во мне. Что для ока - радуга, Злаку - чернозем - Человеку - надоба Человека - в нем. Мне дождя, и радуги, И руки - нужней Человека надоба Рук - в руке моей. И за то, что с язвою Мне принес ладонь - Эту руку - сразу бы За тебя в огонь!Источник: Девичник
* * *На заре - наимедленнейшая кровь. На заре - наиявственнейшая тишь. Дух от плоти косной берет развод, Птица клетке костной дает развод. Око зрит невидемейшую даль, Сердце зрит невидемейшую связь, Ухо пьет неслыханнейшую молвь, Над разбитым Игорем плачет Див.Источник: Песни Анатолия Лазарева
* * *Не возьмешь моего румянца, Сильного, как разливы рек. Ты охотник - но я не дамся, Ты погоня - но я есмь бег. Не возьмешь мою душу живу, Так на полном скаку погонь Пригибающийся, и жилу Перекусывающий конь аравийский...Источник: Песни Анатолия Лазарева
* * *Страсть оглушает молотом, Нежность пилит пилой. Было веселым золотом - Стало седой золой. Лучше пока не высохли Очи от слезных дел, Милый, гуляй с девицами В розах, как Бог велел. Много в саду садовников, Роза в саду одна. Сквозь череду любовников Гонит меня луна.Источник: Песни Анатолия Лазарева
* * *Быть мальчиком твоим светлоголовым - О, через все века! За пыльным пурпуром твоим брести в суровом Плаще ученика. Угадывать сквозь всю людскую гущу Твой вздох животворящ, Душой, дыханием твоим живущий, Как дуновеньем - плащ. Победоноснее царя Давида Чернь раздвигать плечом, От всех обид, от всей земной обиды Укрыть тебя плащом. Быть между спящими учениками Тем, кто во сне не спит. При первом чернью занесенном камне - Уже не плащ, а щит. О, этот стих не самовольно прерван - Нож чересчур остер - И дерзновенно усмехнувшись - первым Взойти на твой костер.Источник: Песни Анатолия Лазарева
* * *У меня в Москве купола горят, У меня в Москве колокола звенят, И гробницы в ряд у меня стоят - Там царицы спят и цари. И не знаешь ты, что зарей в Кремле Легче дышится, чем на всей земле, И не знаешь ты, что зарей в Кремле Я молюсь тебе до зари. Но проходишь ты над своей Невой О ту пору, как над рекой-Москвой Я стою с опущенной головой, И слипаются фонари. Всей бессонницей я тебя люблю, Всей бессонницей я тебе внемлю О ту пору, как по всему Кремлю Просыпаются звонари. Но моя рука - да с твоей рукой, Но моя река - да с твоей рекой, Не сойдутся, радость моя, доколь Не догонит заря - зари.Источник: Песни Анатолия Лазарева
* * *Над синевою подмосковных рощ Накрапывает колокольный дождь, Бредут слепцы Калужскою дорогой. Калужской, песенной, привычной, и она Смывает и смывает имена Смиренных странников, во тме поющих Бога. Настанет день - когда-нибудь и я Устав от вас, враги, от вас, друзья, И от уступчивости речи русской Надену крест серебряный на грудь, Перекрещусь, и тихо тронусь в путь По старой, по дороге, по Калужской.Источник: Песни Анатолия Лазарева
* * *Оставим это. Обещать одно Мне должен ты. Коль в жизни доведется Нам встретиться еще - не должен ты Глазом моргнуть. Вот долг твой. Понял? Еще одно: нигде и никогда Не смей разузнавать под страхом смерти Моей - кто я. Еще одно: люби Другую, нет - других, нет всех. Безумства - Три совершила я в свой краткий век. Ты - третье и последнее. - Довольно.Источник: Прислал читатель
* * *Каким наитием, Какими истинами, О чем шумите вы, Разливы лиственные? Какой неистовой Сивиллы таинствами - О чем шумите вы, О чем беспамятствуете? Что в вашем веянье? Но знаю - лечите Обиду Времени Прохладой Вечности. Но, юным гением Восстав, - порочите Ложь лицезрения Перстом заочиости.Источник: Выставка "Стихи Марины Цветаевой"
* * *Чтоб вновь, как некогда, Земля - казалась нам. Чтобы под веками Свершались замыслы. Чтобы монетами Чудес - не чваниться! Чтобы под веками Свершались таинства! И прочь от прочности! И прочь от срочности! В поток! - В пророчества Речами косвенными... Листва ли - листьями? Сивилла ль - выстонала? ...Лавины лиственные, Руины лиственные...9 мая 1923Источник: Выставка "Стихи Марины Цветаевой"
* * *Так вслушиваются (в исток Вслушивается - устье). Так внюхиваются в цветок: Вглубь-до потери чувства! Так в воздухе, который синь, - Жажда, которой дна нет. Так дети, в синеве простынь, Всматриваются в память. Так вчувствовывается в кровь Отрок - доселе лотос. . . .Так влюбливаются в любовь: Впадываются в пропасть. Друг! Не кори меня за тот Взгляд, деловой и тусклый. Так вглатываются в глоток: Вглубь - до потери чувства! Так, в ткань врабатываясь, ткач Ткет свой последний пропад. Так дети, вплакиваясь в плач, Вшептываются в шепот. Так вплясываются... (Велик Бог - посему крутитесь!) Так дети, вкрикиваясь в крик, Вмалчиваются в тихость. Так жалом тронутая кровь Жалуется - без ядов! Так вбаливаются в любовь: Впадываются в: падать.3 мая 1923Источник: Выставка "Стихи Марины Цветаевой"
* * *Я знаю правду! Все прежние правды - прочь! Не надо людям с людьми на земле бороться! Смотрите: вечер, смотрите: ночь. О чем - поэты, любовники, полководцы? Уж ветер стелется, уже земля в росе, Уж скоро звездная в небе застынет вьюга, И под землею скоро уснем мы все, Кто на земле не давали уснуть друг другу.Источник:
* * *Зверю - берлога, Страннику - дорога, Мертвому - дроги, Каждому - свое. Женщине - лукавить, Царю - править, Мне - славить имя твое.Источник: Клуб разбитых сердец
А. БЛОКУТы уходишь на запад солнца, Ты увидишь вечерний свет, Ты уходишь на запад солнца, И метель заметает след. Мимо окон моих, бесстрастный, Ты пройдешь в снеговой тиши, Божий праведник мой прекрасный, Свете тихий моей души. Я на душу твою не зарюсь, Нерушима твоя стезя, В руку, бледную от лобзаний, Не вобью своего гвоздя. И под медленным снегом стоя, Опущусь на колени в снег, И во имя твое святое Поцелую вечерний снег, Там, где поступью величавой Ты прошел в снеговой тиши, Свете тихий, святыя славы, Вседержитель моей души.Источник: Клуб разбитых сердец
МАЛЬЧИК-БРЕДАлых роз и алых маков Я принес тебе букет. Я ни в чем не одинаков Я - веселый мальчик - бред. Свечку желтую задую,- Будет розовый фонарь. Диадему золотую Я надену, словно царь. Полно, царь ли? Я волшебник, Повелитель сонных царств, Исцеляющий лечебник Без пилюль и без лекарств. Что лекарства! Что пилюли! Будем. детка, танцевать! Уж летит верхом на стуле Опустевшая кровать. Алый змей шуршит и вьется, А откуда - мой секрет! Я смеюсь, и все смеется, Я - веселый мальчик бред!Источник: Библиотека поэзии у Диогена
КОМЕДЬЯНТВы столь забывчивы, сколь незабвенны. - Ах, Вы похожи на улыбку Вашу! - Сказать еще? - Златого утра краше! Сказать еще? - Один во всей вселенной! Самой Любви младой военнопленный, Рукой Челлини ваянная чаша. Друг, разрешите мне на лад старинный Сказать любовь, нежнейшую на свете. Я Вас люблю.- В камине воет ветер. Облокотясь - уставясь в жар каминный - Я Вас люблю. Моя любовь невинна. Я говорю, как маленькие дети. Друг! Все пройдет! Виски в ладонях сжаты, Жизнь разожмет! - Младой военнопленный, Любовь отпустит вас, но - вдохновенный - Всем пророкочет голос мой крылатый - О том, что жили на земле когда-то Вы - столь забывчивый, сколь незабвенный!25 ноября 1918Источник: Библиотека поэзии у Диогена
* * *Править тройкой и гитарой Это значит: каждой бабой Править, это значит: старой Брагой по башкам кружить! Раскрасавчик! Полукровка! Кем крещен? В какой купели? Все цыганские метели Оттопырили поддевку Вашу, бравый гитарист! Эх, боюсь - уложат влежку Ваши струны да ухабы! Бог с тобой, ямщик Сережка! Мы с Россией - тоже бабы!1920Источник: Библиотека поэзии у Диогена
* * *Я Вас люблю всю жизнь и каждый день. Вы надо мною как большая тень, как древний дым полярных деревень. Я Вас люблю всю жизнь и каждый час. Но мне не надо Ваших губ и глаз. Все началось и кончилось - без Вас. Я что-то помню: звонкая луга, огромный ворот, чистые снега, унизанные звездами рога.... И от рогов - в полнебосвода - тень.... И древний дым полярных деревень.... - Я поняла: Вы северный олень.Источник: Библиотека поэзии у Диогена
ПСИХЕЯНе самозванка - я пришла домой, И не служанка - мне не надо хлеба. Я страсть твоя, воскресный отдых твой, Твой день седьмой, твое седьмое небо. Там, на земле, мне подавали грош И жерновов навешали на шею. Возлюбленный! Ужель не узнаешь? Я ласточка твоя - Психея!Источник: Bards.Ru
* * *Коли милым назову - не соскучишься. Превеликою слыву - поцелуйщицей. Коль по улице плыву - бабы морщатся: Плясовницею слыву, да притворщицей. А немилый кто взойдет, да придвинется - Подивится весь народ - что за схимница. Филин ухнет - черный кот ощетинится, Будешь помнить целый год - чернокнижницу. Хорошо, коль из ружья метко целятся, Хорошо, коли братья верно делятся, Коли сокол в мужья метит - девице... Плясовница только я, да свирельница. Коль похожа на жену - где повойник мой? Коль похожа на вдову - где покойник мой? Коли суженого жду - где бессонница? Царь-Девицею живу, беззаконницей!3 апреля 1916Источник: Прислал читатель
ПЛОХОЕ ОПРАВДАНЬЕКак влюбленность старо, как любовь забываемо-ново: Утро в карточный домик, смеясь, превращает наш храм. О мучительный стыд за вечернее лишнее слово! О тоска по утрам! Утонула в заре голубая, как месяц, трирема, О прощании с нею пусть лучше не пишет перо! Утро в жалкий пустырь превращает наш сад из Эдема... Как влюбленность - старо! Только ночью душе посылаются знаки оттуда, Оттого все ночное, как книгу, от всех береги! Никому не шепни, просыпаясь , про нежное чудо: Свет и чудо - враги! Твой восторженный бред, светом розовых люстр золоченный, Будет утром смешон. Пусть его не услышит рассвет! Будет утром - мудрец. Будет утром- холодный ученый Тот, кто ночью - поэт. Как могла я, лишь ночью живя и дыша, как могла я Лучший вечер отдать на терзанье январскому дню? Только утро виню я, прошедшему вздох посылая, Только утро виню!1909-1910Источник: Он и Она
* * *Не смейтесь вы над юным поколеньем! Вы не поймете никогда, Как можно жить одним стремленьем, Лишь жаждой воли и добра... Вы не поймете, как пылает Отвагой бранной грудь бойца, Как свято отрок умирает, Девизу верный до конца! . . . . . . . . . . . . . . . Так не зовите их домой И не мешайте их стремленьям, - Ведь каждый из бойцов - герой! Гордитесь юным поколеньем!1906Источник: Прислал читатель
ROUGE ET BLEUEДевочка в красном и девочка в синем Вместе гуляли в саду. - "Знаешь, Алина, мы платьица скинем, Будем купаться в пруду?" Пальчиком тонким грозя, Строго ответила девочка в синем: - "Мама сказала - нельзя". . . . . . . . . . . . . . . . Девушка в красном и девушка в синем Вечером шли вдоль межи. - "Хочешь, Алина, все бросим, все кинем, Хочешь, уедем? Скажи!" Вздохом сквозь вешний туман Грустно ответила девушка в синем: - "Полно! ведь жизнь - не роман..." . . . . . . . . . . . . . . . Женщина в красном и женщина в синем Шли по аллее вдвоем. - "Видишь, Алина, мы блекнем, мы стынем,- Пленницы в счастье своем..." С полуулыбкой из тьмы Горько ответила женщина в синем: - "Что же? Ведь женщины мы!"Источник: Прислал читатель
* * *Гордость и робость - родные сестры, Над колыбелью, дружные, встали. "Лоб запрокинув!" - гордость велела. "Очи потупив!" - робость шепнула. Так прохожу я - очи потупив - Лоб запрокинув - Гордость и Робость.Источник: Прислал читатель
* * *А царят над нашей стороной - Глаз дурной, дружок, да час худой. А всего у нас, дружок, красы - Что две русых, вдоль спины, косы, Две несжатых, в поле, полосы. А затем, чтобы в единый год Не повис по рощам весь народ - Для того у нас заведено Зеленое шалое вино. А по селам - ивы - дерева Да плакун-трава, разрыв-трава... Не снести тебе российской ноши, - Проходите, господин хороший.11 июня 1917Источник: Прислал читатель
* * *Ты, чьи сны ещё непробудны, Чьи движенья ещё тихи, В переулок сходи Трёхпрудный, Если любишь мои стихи. О, как солнечно и как звёздно Начат жизненный первый том, Умоляю - пока не поздно, Приходи посмотреть наш дом! Будет скоро мир тот погублен, Погляди на него тайком, Пока тополь ещё не срублен И не продан ещё наш дом. Этот тополь! Под ним ютятся Наши детские вечера. Этот тополь среди акаций Цвета пепла и серебра. Этот мир невозвратно-чудный Ты застанешь ещё, спеши! В переулок сходи Трёхпрудный, В эту душу моей души.1913Источник: Прислал читатель
ТАК"Почему ты плачешь?" - "Так". - "Плакать "так" смешно и глупо. Зареветь, не кончив супа! Отними от глаз кулак! Если плачешь, есть причина. Я отец, и я не враг. Почему ты плачешь?" - "Так". - "Ну какой же ты мужчина? Отними от глаз кулак! Что за нрав такой? Откуда? Рассержусь, и будет худо! Почему ты плачешь?" - "Так".Источник: Прислал читатель
* * *Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес, Оттого что лес - моя колыбель, и могила - лес, Оттого что я на земле стою - лишь одной ногой, Оттого что я о тебе спою - как никто другой. Я тебя отвоюю у всех времен, у всех ночей, У всех золотых знамен, у всех мечей, Я ключи закину и псов прогоню с крыльца - Оттого что в земной ночи я вернее пса. Я тебя отвоюю у всех других - у той, одной, Ты не будешь ничей жених, я - ничьей женой, И в последнем споре возьму тебя - замолчи!- У того, с которым Иаков стоял в ночи. Но пока тебе не скрещу на груди персты - О проклятие!- у тебя остаешься - ты: Два крыла твои, нацеленные в эфир,- Оттого, что мир - твоя колыбель, и могила - мир!Источник: Прислал читатель
ПРОСНУЛАСЬПроснулась улица. Глядит, усталая Глазами хмурыми немых окон На лица сонные, от стужи алые, Что гонят думами упорный сон. Покрыты инеем деревья черные, — Следом таинственным забав ночных, В парче сияющей стоят минорные, Как будто мертвые среди живых. Мелькает серое пальто измятое, Фуражка с венчиком, унылый лик И руки красные, к ушам прижатые, И черный фартучек со связкой книг. Проснулась улица. Глядит, угрюмая Глазами хмурыми немых окон. Уснуть, забыться бы с отрадной думою, Что жизнь нам грезится, а это — сон!Март 1908Источник: Прислал читатель
МИРОКДети — это взгляды глазок боязливых, Ножек шаловливых по паркету стук, Дети — это солнце в пасмурных мотивах, Целый мир гипотез радостных наук. Вечный беспорядок в золоте колечек, Ласковых словечек шепот в полусне, Мирные картинки птичек и овечек, Что в уютной детской дремлют на стене. Дети — это вечер, вечер на диване, Сквозь окно, в тумане, блестки фонарей. Мерный голос сказки о царе Салтане, О русалках-сестрах сказочных морей. Дети — это отдых, миг покоя краткий, Богу у кроватки трепетный обет, Дети — это мира нежные загадки, И в самих загадках кроется ответ!Источник: Прислал читатель
У ГРОБИКАЕкатерине Павловне Пешковой Мама светло разукрасила гробик. Дремлет малютка в воскресном наряде. Больше не рвутся на лобик Русые пряди; Детской головки, видавшей так мало, Круглая больше не давит гребенка... Только о радостном знало Сердце ребенка. Век пятилетний так весело прожит: Много проворные ручки шалили! Грези, никто не тревожит, Грези меж лилий... Ищут цветы к ней поближе местечко, (Тесно ей кажется в новой кровати). Знают цветы: золотое сердечко Было у Кати!Источник: Прислал читатель
ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВОЛ. А. Т. О будь печальна, будь прекрасна, Храни в душе осенний сад! Пусть будет светел твой закат, Ты над зарей была не властна. Такой как ты нельзя обидеть: Суровый звук — порвется нить! Не нам судить, не нам винить... Нельзя за тайну ненавидеть. В стране несбывшихся гаданий Живешь одна, от всех вдали. За счастье жалкое земли Ты не отдашь своих страданий. Ведь нашей жизни вся отрада К бокалу прошлого прильнуть. Не знаем мы, где верный путь, И не судить, а плакать надо.Источник: Прислал читатель
ЖЕРТВАМ ШКОЛЬНЫХ СУМЕРОКМилые, ранние веточки, Гордость и счастье земли, Деточки, грустные деточки, О, почему вы ушли? Думы смущает заветные Ваш неуслышанный стон. Сюлько-то листья газетные Кроют безвестных имен!.. Губы, теперь онемелые, Тихо шепнули: «Не то...» Смерти довериться, смелые, Что вас заставило, что? Ужас ли дум неожиданных, Душу зажегший вопрос, Подвигов жажда ль невиданных, Или предчувствие гроз,— Спите в покое чарующем! Смерть хороша — на заре! Вспомним о вас на пирующем, Бурно-могучем костре. — Правы ли на смерть идущие? Вечно ли будет темно? Это узнают грядущие, Нам это знать — не дано.Источник: Прислал читатель
ИНЦИДЕНТ ЗА СУПОМ- "За дядю, за тетю, за маму, за папу"... - "Чтоб Кутику Боженька вылечил лапу"... - "Нельзя баловаться, нельзя, мой пригожий!"... (Уж хочется плакать от злости Сереже.) - "Не плачь, и на трех он на лапах поскачет". Но поздно: Сереженька-первенец - плачет! Разохалась тетя, племянника ради Усидчивый дядя бросает тетради, Отец опечален: семейная драма! Волнуется там, перед зеркалом, мама... - "Ну, нянюшка, дальше! Чего же вы ждете?" - "За папу, за маму, за дядю, за тетю"...Источник: Прислал читатель
ТРИ ПОЦЕЛУЯ- "Какие маленькие зубки! И заводная! В парике!" Она смеясь прижала губки К ее руке. - "Как хорошо уйти от гула! Ты слышишь скрипку вдалеке?" Она задумчиво прильнула К его руке. - "Отдать всю душу, но кому бы? Мы счастье строим - на песке!" Она в слезах прижала губы К своей руке.Источник: Прислал читатель
ПРИВЕТ ИЗ ВАГОНАСильнее гул, как будто выше — зданья, В последний раз колеблется вагон, В последний раз... Мы едем... До свиданья, Мой зимний сон! Мой зимний сон, мой сон до слез хороший, Я от тебя судьбой унесена. Так суждено! Не надо мне ни ноши В пути, ни сна. Под шум вагона сладко верить чуду И к дальним дням, еще туманным, плыть. Мир так широк! Тебя в нем позабуду Я может быть? Вагонный мрак как будто давит плечи, В окно струей вливается туман... Мой дальний друг, пойми — все эти речи Самообман! Что новый край? Везде борьба со скукой, Всё тот же смех и блестки тех же звезд, И там, как здесь, мне будет сладкой мукой Твой тихий жест.Источник: Прислал читатель
* * *Я сейчас лежу ничком — Взбешенная! — на постели. Если бы Вы захотели Быть моим учеником, Я бы стала в тот же миг — Слышите, мой ученик? — В золоте и в серебре Саламандра и Ундина. Мы бы сели на ковре У горящего камина. Ночь, огонь и лунный лик... — Слышите, мой ученик? И безудержно - мой конь Любит бешеную скачку! — Я метала бы в огонь Прошлое — за пачкой пачку: Старых роз и старых книг. — Слышите, мой ученик? — А когда бы улеглась Эта пепельная груда, — Господи, какое чудо Я бы сделала из Вас! Юношей воскрес старик! — Слышите, мой ученик? — А когда бы Вы опять Бросились в капкан науки, Я осталась бы стоять, Заломив от счастья руки. Чувствуя, что ты — велик! — Слышите, мой ученик?Источник: Прислал читатель
НОВОГОДНЕЕС Новым годом — светом — краем — кровом! Первое письмо тебе на новом — Недоразумение, что злачном — (Злачном — жвачном) месте зычном, месте звучном Как Эолова пустая башня. Первое письмо тебе с вчерашней, На которой без тебя изноюсь, Родины, теперь уже — с одной из Звезд... Закон отхода и отбоя, По которому любимая — любою И небывшею — из небывалой. Рассказать как про твою узнала? Не землетрясенье, не лавина. Человек вошел — любой — (любимый — Ты). — Прискорбнейшее из событий. — В Новостях и Днях. — Статью дадите? — Где? — В горах. (Окно в еловых ветках. Простыня.) Не видите газет ведь? Так статью? — Нет. — Но... — Прошу избавить. Вслух: трудна. Внутрь: не христопродавец. — В санатории. (В раю наемном.) — День? — Вчера, позавчера, не помню. В Альказаре будете? — Не буду. Влух: семья. Внутрь: всё, но не Иуда. С наступающим! (Рождался завтра!) — Рассказать, что сделала узнав про...? Тсс... Оговорилась. По привычке. Жизнь и смерть давно беру в кавычки, Как заведомо-пустые сплёты. Ничего не сделала, но что-то Сделалось, без тени и без эха Делающее! Теперь — как ехал? Как рвалось и разорвалось как — Сердце? Как на рысаках орловских, От орлов, сказал, не отстающих, Дух захватывало — или пуще? Слаще? Ни высот тому, ни спусков На орлах летал заправских русских — Кто. Связь кровная у нас с тем светом: На Руси бывал — тот свет на этом Зрел. Налаженная перебежка! Жизнь и смерть произношу с усмешкой, Скрытою — своей ее коснешься! Жизнь и смерть произношу со сноской, Звездочкою (ночь, которой чаю: Вместо мозгового полушарья — Звездное!) Не позабыть бы, друг мой, Следующего: что если буквы Русские пошли взамен немецких — То не потому, что нынче, дескать, Всё сойдет, что мертвый (нищий) всё съест — Не сморгнет! — а потому, что тот свет, Наш, — тринадцати, в Новодевичьем Поняла: не без- а все-язычен. Вот и спрашиваю не без грусти: Уж не спрашиваешь, как по-русски — Nest?1 Единственная, и все гнезда Покрывающая рифма: звезды. Отвекаюсь? Но такой и вещи Не найдется — от тебя отвлечься. Каждый помысел, любой, Du Lieber,2 Слог в тебя ведет — о чем бы ни был Толк (пусть русского родней немецкий Мне, всех ангельский родней!) — как места Несть, где нет тебя, нет есть: могила. Всё как не было и всё как было. — Неужели обо мне ничуть не? — Окруженье, Райнер, самочувствье? Настоятельно, всенепременно — Первое видение вселенной (Подразумевается, поэта В оной) и последнее — планеты, Раз только тебе и данной — в целом. Не поэта с прахом, духа с телом, (Обособить — оскорбить обоих) А тебя с тобой, тебя с тобою ж, — Быть Зевесовым не значит лучшим — Кастора — тебя с тобой — Поллуксом, Мрамора — тебя с тобою, травкой, Не разлуку и не встречу — ставку Очную: и встречу и разлуку Первую. На собственную руку Как глядел (на след — на ней — чернильный) Со своей столько-то (сколько?) мильной Бесконечной ибо безначальной Высоты над уровнем хрустальным Средиземного — и прочих блюдец. Все как не было и все как будет И со мною за концом предместья. Всё как не было и всё как есть уж — Что списавшемуся до недельки Лишней! — и куда ж еще глядеть-то, Приоблокотясь на обод ложи, С этого — как не на тот, с того же — Как не на многострадальный этот. В Беллевю живу. Из гнезд и веток Городок. Переглянувшись с гидом: Беллевю. Острог с прекрасным видом На Париж — чертог химеры галльской — На Париж — и на немножко дальше... Приоблокотясь на алый обод, Как тебе смешны (кому) «должно быть», (Мне ж) должны быть, с высоты без меры, Наши Беллевю и Бельдеверы! Перебрасываюсь. Частность. Срочность. Новый Год в дверях. За что, с кем чокнусь Через стол? Чем? Вместо пены — ваты Клок. Зачем? Ну, бьет, — а при чем я тут? Что мне делать в новогоднем шуме С этой внутреннею рифмой: Райнер — умер. Если ты, такое око — смерклось, Значит жизнь, не жизнь есть, смерть не смерть есть, Значит — тмимся, допойму при встрече! — Нет ни жизни, нет ни смерти, — третье, Новое. И за него (соломой Застелив седьмой — двадцать шестому Отходящему — какое счастье Тобой кончиться, тобой начаться!) Через стол, необозримый оком, Буду чокаться с тобою тихим чоком Сткла о сткло? Нет — не кабацким ихним: Я о ты, слиясь дающих рифму: Третье. Через стол гляжу на крест твой: Сколько мест — загородных, и места Загородом! и кому же машет Как не нам — куст? Мест — именно наших И ничьих других! Весь лист! Вся хвоя! Мест твоих со мной (твоих с тобою). (Что с тобою бы и на массовку — Говорить?) что — мест! а месяцов-то! А недель! А дождевых предместий Без людей! А утр! А всего вместе И не начатого соловьями! Верно плохо вижу, ибо в яме, Верно, лучше видишь, ибо свыше: Ничего у нас с тобой не вышло. До того, так чисто и так просто Ничего, так по плечу и росту Нам — что и перечислять не надо. Ничего, кроме — не жди: из ряду Выходящего (неправ из такта Выходящий!) — а в какой бы, как бы Ряд — вошедшего б? Припев извечный: Ничего хоть чем-нибудь на нечто Что-нибудь — хоть издали бы — тень хоть Тени! Ничего, что: час тот, день тот, Дом тот — даже смертнику в колодках Паматью дарованное: рот тот! Или слишком разбирались в средствах? Из всего того один лишь свет тот Наш был, как мы сами только отсвет Нас, — взамен всего сего — весь тот свет. С незастроеннейшей из окраин — С новым местом, Райнер, светом, Райнер! С доказуемости мысом крайним — С новым оком, Райнер, слухом, Райнер. Всё тебе помехой Было: страсть и друг. С новым звуком, Эхо! С новым эхом, Звук! Сколько раз на школьном табурете: Что за горы там? Какие реки? Хороши ландшафты без туристов? Не ошиблась, Райнер — рай — гористый, Грозовой? Не притязаний вдовьих — Не один ведь рай, над ним другой ведь Рай? Террасами? Сужу по Татрам — Рай не может не амфитеатром Быть. (А занавес над кем-то спущен...) Не ошиблась, Райнер, Бог — растущий Баобаб? Не Золотой Людовик — Не один ведь Бог? Над ним другой ведь Бог? Как пишется на новом месте? Впрочем, есть ты — есть стих: сам и есть ты — Стих! Как пишется в хорошей жисти Без стола для локтя, лба для кисти (Горсти)? — Весточку, привычным шрифтом! Райнер, радуешься новым рифмам? Ибо правильно толкуя слово Рифма — что — как не — целый ряд новых Рифм — Смерть? Некуда: язык изучен. Целый ряд значений и созвучий Новых. — До свиданья! До знакомства! Свидимся — не знаю, но — споемся! С мне-самой неведомой землею — С целым морем, Райнер, целой мною! Не разъехаться — черкни заране. С новым звуконачертаньем, Райнер! В небе — лестница, по ней с Дарами... С новым рукоположеньем, Райнер! — Чтоб не залили держу ладонью. — Поверх Роны и поверх Rarogna, Поверх явной и сплошной разлуки Райнеру — Мариа — Рильке — в руки.7 февраля 1927Источник: Прислал читатель
* * *Бури-вьюги, вихри-ветры вас взлелеяли, А останетесь вы в песне - белы-лебеди! Знамя, шитое крестами, в саван выцвело. А и будет ваша память белы-рыцари. И никто из вас, сынки! - не воротится. А ведет ваши полки - Богородица!25 октября 1918Источник: Прислал читатель
* * *Мое последее величье на дерзком холоде заплат, в сухие руки ростовщичьи снесен поледний мой заклад. Промотонному в ночь наследству у господа особый счет. Мой не сошелся - не по средствам мне эта роскошь: Ночь и рот. Простимся ж коротко и просто, раз руки не умеют красть, Стобой нелепейшая роскошь, Роскошная нелепость - страсть!Источник: Прислал читатель
* * *На, ласковый мой, лохмотья, Бывшие некогда нежной плотью. Всё истрепала, изорвала,- Только осталось, что два крыла. Одень меня в своё великолепие, Помилуй и спаси. А бедные истлевшие отрепья - Ты в ризницу снеси.13 мая 1918Источник: Прислал читатель
* * *Надобно смело признаться, Лира! Мы тяготели к великим мiра: Матчам, знаменам, церквам, царям, Бардам, героям, орлам и старцам, Так, присягнувши на верность - царствам, Не доверяют Шатра - ветрам. Знаешь царя - так псаря не жалуй! Верность как якорем нас держала: Верность величью - вине - беде, Верность великой вине венчанной! Так, присягнувши на верность - Хану, Не присягают его орде. Ветреный век мы застали, Лира! Ветер в клоки изодрав мундиры, Треплет последний лоскут Шатра... Новые толпы - иные флаги! Мы ж остаемся верны присяге, Ибо дурные вожди - ветра.14 августа 1918, МоскваИсточник: Прислал читатель
КЛИНОКМежду нами — клинок двуострый Присягнувши — и в мыслях класть... Но бывают — страстные сестры! Но бывает — братская страсть! Но бывает такая примесь Прерий в ветре и бездны в губ Дуновении... Меч, храни нас От бессмертных душ наших двух! Меч, терзай нас и, меч, пронзай нас, Меч, казни нас, но, меч, знай, Что бывает такая крайность Правды, крыши такой край... Двусторонний клинок — рознит? Он же сводит! Прорвав плащ, Так своди же нас, страж грозный, Рана в рану и хрящ в хрящ! (Слушай! если звезда, срываясь... Не по воле дитя с ладьи В море падает... Острова есть, Острова для любой любви...) Двусторонний клинок, синим Ливший, красным пойдет... Меч Двусторонний — в себя вдвинем. Это будет — лучшее лечь! Это будет.— братская рана! Так, под звездами, и ни в чем Неповинные... Точно два мы Брата, спаянные мечом!Источник: Прислал читатель
ОФЕЛИЯ В ЗАЩИТУ КОРОЛЕВЫПринц Гамлет! Довольно червивую залежь тревожить- на розы взгляни! Подумай о той . что единого дня лишь считает последние дни. Принц Гамлет ! Довольно царицыны недра тревожить- не девственным суд! Тяжеле виновная Федра , о ней и поныне поют , а Вы , с Вашей примесью тлена- костями злословь! Принц Гамлет! Не Вашего разума дело судить воспаленную кровь. Но , если... Все выше и выше, вновь- в опочивальню- и всласть! Своей королеве встаю на защиту Я- Ваша бессмертная страсть.Источник: Прислал читатель
В ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТЗвенят-пояют, забвению мешая, В моей душе слова: "пятнадцать лет" О, для чего я выросла большая? Спасенья нет!" Еще вчера в зеленые березки Я убегала, вольная, с утра. Еще вчера шалила без прически, Еще вчера! Весенний звон с далеки колоколен Мне говорил: "Побегай и приляг!" И каждый крик шалунье был позволен, И каждый шаг! Что впереди? Какая неудача? Во всем обман и, ах, на всем запрет! -Так с милым детством я прощалась плача, В пятнадцать лет.Источник: Прислал читатель
НЕ СМУЩАЮ, НЕ ПОЮ...Не смущаю, не пою Женскою отравою. Руку верную даю - Пишущую, правую. Той, которою крещу На ночь - ненаглядного. Той, которою пишу, То, что Богом задано. Левая - она дерзка, Льстивая, лукавая. Вот тебе моя рука - Праведная, правая!Источник: Прислал читатель
СОлНЦЕ ВЕЧЕРА...Солнце Вечера - добрее Солнца в полдень. Изуверствует - не греет - Солнце в полдень. Отрешённее и кротче Солнце - к ночи. Умудрённое, - не хочет Бить нам в очи. Простотой своей тревожа - Королевской, Солнце Вечера - дороже Песнопевцу! Распинаемое тьмой Ежевечерне, Солнце Вечера - не кланяется Черни... Низвергаемый с престолу, Вспомни - Феба! Низвергаемый - не долу Смотрит - в небо! О, не медли на соседней Колокольне! Быть хочу я твой последней Колокольней.Источник: Прислал читатель
СОПЕРНИЦА, А Я К ТЕБЕ ПРИДУ...Соперница, а я к тебе приду Когда-нибудь, такою ночью лунной, Когда лягушки воют на пруду И женщины от жалости безумны. И, умиляясь на биенье век И на ревнивые твои ресницы, Скажу тебе, что я - не человек, А только сон, который только снится. И я скажу: - Утешь меня, утешь, Мне кто-то в сердце забивает гвозди! И я скажу тебе, что ветер - свеж, Что горячи - над головою - звёзды...Источник: Прислал читатель
ДЕВОЧКА-СМЕРТЬЛуна омывала холодный паркет Молочной и ровной волной. К горячей щеке прижимая букет, Я сладко дремал под луной. Сияньем и сном растревожен вдвойне, Я сонные глазки открыл, И девочка-смерть наклонилась ко мне, Как розовый ангел без крыл. На тоненькой шее дрожит медальон, Румянец струится вдоль щек, И видно бежала: чуть-чуть запылен Ее голубой башмачок. Затейлив узор золотой бахромы, В кудрях бирюзовая нить. «Ты — маленький мальчик, я — девочка: мы Дорогою будем шалить. Надень же (ты — рыцарь) мой шарф кружевной!» Я молча ей подал букет... Молочной и ровной, холодной волной Луна омывала паркет.Источник: Прислал читатель
В ПЯТНАДЦАТЬ ЛЕТЗвенят-поют, забвению мешая, В моей душе слова: "пятнадцать лет". О, для чего я выросла большая? Спасенья нет! Ещё вчера в зелёные берёзки Я убегала, вольная, с утра. Ещё вчера шалила без причёски, Ещё вчера! Весенний звон с далёких колоколен Мне говорил: "Побегай и приляг!" И каждый крик шалунье был позволен, И каждый шаг! Что впереди? Какая неудача? Во всём обман и, ах, на всём запрет! - Так с милым детством я прощалась, плача, В пятнадцать лет.Источник: Прислал читатель
СТИХИ К БЛОКУИмя твоё - птица в руке Имя твоё - льдинка на языке. Одно-единственное движенье губ. Имя твоё-пять букв. Мячик, пойманный на лету, Серебрянный бубенец во рту. Камень,кинутый в тихий пруд, Всхлипнет так, как тебя зовут. В лёгком щелканье ночных копыт Громкое имя твоё гремит. И назовёт его нам в висок Звонко щелкающий курок. Имя твоё,-ах,нельзя!- Имя твоё- поцелуй в глаза, В нежную стужу недвижных век. Имя твоё- поцелуй в снег. Ключевой, ледяной, голубой глоток. С именем твоим-сон глубок.15апреля 1916Источник: Прислал читатель
ВЕЧНЫЙ ГОЛОСЗа Отрока - За Голубя - За Сына, За царевича младого Алексия Помолись, церковная Россия. Очи ангельские вытри, Вспомни, как упал на плиты Голубь углицкий, Димитрий. Грех отцовский не карай на сыне, Сохрани, крестьянская Россия Царскосельского ягненка Алексия.Апрель 1917, 3-й день ПасхиИсточник: Прислал читатель
ГЕРМАНИИТы миру отдана на травлю, И счета нет твоим врагам, Ну, как же я тебя оставлю? Ну, как же я тебя предам? И где возьму благоразумье: "За око-око, кровь-за кровь", Германия-мое безумье! Германия-моя любовь! Ну, как же я тебя отвергну, Мой столь гонимый Vaterland Где все еще по Кенигсбергу Проходит узколицый Кант, Где Фауста нового лелея В другом забытом городке- Geheimrath Goethe по аллее Проходит с тросточкой в руке. Ну, как же я тебя покину, Моя германская звезда, Когда любить наполовину Я не научена, -- когда, -- -- От песенок твоих в восторге -- Не слышу лейтенантских шпор, Когда мне свят святой Георгий Во Фрейбурге, на Schwabenthor. Когда меня не душит злоба На Кайзера взлетевший ус, Когда в влюбленности до гроба Тебе, Германия, клянусь. Нет ни волшебней, ни премудрей Тебя, благоуханный край, Где чешет золотые кудри Над вечным Рейном-Лорелей.1914Источник: Прислал читатель
* * *Пригвождена к позорному столбу Славянской совести старинной, С змеею в сердце и с клеймом на лбу, Я утверждаю, что - невинна. Я утверждаю, что во мне покой Причастницы перед причастьем. И не моя вина, что я с рукой По площадям стою - за счастьем. Пересмотрите все мое добро, Скажите - или я ослепла? Где золото мое? Где серебро? В моей ладони - горстка пепла! И это все, что лестью и мольбой Я выпросила у счастливых. И это все, что я возьму с собой В край целований молчаливых.Источник: Прислал читатель
* * *Ты! мерящий меня по дням! Со мною, жаркой и бездомной По раскаленным площадям Шатался под луной огромной? Иль в зачумленном кабаке Под визг неистового вальса Сжимал ли в пьяном кулаке Мои пронзительные пальцы? Иль, как во сне шепчу, слыхал? О, дым и пепел! Что можешь знать ты обо мне, Когда со мной не спал и не пил?!Источник: Прислал читатель
пЎпўпђпўп¬ пўп•пњ, п§пўпћ пќп?п пћпњпё пќп• пњп?п›пћпЎя‚п°я‚яЊ я‚пµпј, я‡я‚пѕ пЅпёпєпѕпјяѓ пЅпµ пјпёп»пѕ, -- пћ, яЃя‚п°я‚яЊ пєп°пє п»пµпґ!-- пќпµ п·пЅп°яЏ пЅпё я‚пѕпЁпѕ я‡я‚пѕ п±я‹п»пѕ, пќпё я‡я‚пѕ пїяЂпёпґпµя‚, п—п°п±я‹я‚яЊ, пєп°пє яЃпµяЂпґя†пµ яЂп°яЃпєпѕп»пѕп»пѕяЃяЊ -- п? пІпЅпѕпІяЊ яЃяЂпѕяЃп»пѕяЃяЊ, п—п°п±я‹я‚яЊ яЃпІпѕпё яЃп»пѕпІп°, пё пЁпѕп»пѕяЃ, п? п±п»пµяЃпє пІпѕп»пѕяЃ. п‘яЂп°яЃп»пµя‚ пёп· п±пёяЂяЋп·я‹ яЃя‚п°яЂпёпЅпѕп№ -- пќп° яЃя‚пµп±пµп»яЊпєпµ: пќп° яЌя‚пѕп№ яѓп·пєпѕп№, яЌя‚пѕп№ пґп»пёпЅпЅпѕп№ пњпѕпµп№ яЂяѓпєпµ... п п°пє, п·п°яЂпёяЃпѕпІя‹пІп°яЏ я‚яѓя‡пєяѓ п?п·пґп°п»пµпєп°, п—п° пїпµяЂп»п°пјяѓя‚яЂпѕпІяѓяЋ яЂяѓя‡пєяѓ п‘яЂп°п»п°яЃяЊ яЂяѓпєп°, п п°пє пїпµяЂпµпїяЂя‹пЁпёпІп°п»пё пЅпѕя‚я‹ п§пµяЂпµп· пїп»пµя‚пµпЅяЊ, п—п°п±я‹я‚яЊ, пєп°пє яЂяЏпґпѕпј пїпѕ пґпѕяЂпѕпЁпµ п‘пµп¶п°п»п° я‚пµпЅяЊ. п—п°п±я‹я‚яЊ, пєп°пє пїп»п°пјпµпЅпЅпѕ пІ п»п°п·яѓяЂпё, п п°пє пґпЅпё я‚пёя…пё... -- п’яЃпµ я€п°п»пѕяЃя‚пё яЃпІпѕпё, пІяЃпµ п±яѓяЂпё п? пІяЃпµ яЃя‚пёя…пё! пњпѕпµ яЃпІпµяЂя€пёпІя€пµпµяЃяЏ я‡яѓпґпѕ п п°п·пЁпѕпЅпёя‚ яЃпјпµя…. пЇ, пІпµя‡пЅпѕ-яЂпѕп·пѕпІп°яЏ, п±яѓпґяѓ п‘п»пµпґпЅпµпµ пІяЃпµя…. п? пЅпµ яЂп°яЃпєяЂпѕяЋя‚яЃяЏ -- я‚п°пє пЅп°пґпѕ -- -- пћ, пїпѕп¶п°п»пµп№!-- пќпё пґп»яЏ п·п°пєп°я‚п°, пЅпё пґп»яЏ пІп·пЁп»яЏпґп°, пќпё пґп»яЏ пїпѕп»пµп№ -- пњпѕпё пѕпїяѓя‰пµпЅпЅя‹пµ пІпµпєпё. -- пќпё пґп»яЏ я†пІпµя‚пєп°!-- пњпѕяЏ п·пµпјп»яЏ, пїяЂпѕяЃя‚пё пЅп°пІпµпєпё, пќп° пІяЃпµ пІпµпєп°! п? я‚п°пє п¶пµ п±яѓпґяѓя‚ я‚п°яЏя‚яЊ п»яѓпЅя‹ п? я‚п°яЏя‚яЊ яЃпЅпµпЁ, п пѕпЁпґп° пїяЂпѕпјя‡пёя‚яЃяЏ яЌя‚пѕя‚ яЋпЅя‹п№, пџяЂпµп»пµяЃя‚пЅя‹п№ пІпµпє.1913Источник: Прислал читатель
пњпћп›пћп”пћпЎпўп¬1 пњпѕп»пѕпґпѕяЃя‚яЊ пјпѕяЏ! пњпѕяЏ я‡яѓп¶п°яЏ пњпѕп»пѕпґпѕяЃя‚яЊ! пњпѕп№ яЃп°пїпѕп¶пѕпє пЅпµпїп°яЂпЅя‹п№! п’пѕяЃпїп°п»пµпЅпЅя‹пµ пЁп»п°п·п° яЃяѓп¶п°яЏ, пўп°пє п»пёяЃя‚пѕпє яЃяЂя‹пІп°яЋя‚ пєп°п»пµпЅпґп°яЂпЅя‹п№. пќпёя‡пµпЁпѕ пёп· пІяЃпµп№ я‚пІпѕпµп№ пґпѕп±я‹я‡пё пќпµ пІп·яЏп»п° п·п°пґяѓпјя‡пёпІп°яЏ пњяѓп·п°. пњпѕп»пѕпґпѕяЃя‚яЊ пјпѕяЏ! -- пќп°п·п°пґ пЅпµ пєп»пёя‡яѓ- пўя‹ п±я‹п»п° пјпЅпµ пЅпѕя€пµп№ пё пѕп±яѓп·пѕп№. пўя‹ пІ пЅпѕя‡пё пЅп°я€пµпїя‚я‹пІп°п»п° пЁяЂпµп±пЅпµпј, пўя‹ пІ пЅпѕя‡пё пѕя‚я‚п°я‡пёпІп°п»п° яЃя‚яЂпµп»я‹. п©пµпґяЂпѕяЃя‚яЊяЋ я‚пІпѕпµп№ пґп°пІяЏяЃяЊ, пєп°пє я‰пµп±пЅпµпј, п—п° я‡яѓп¶пёпµ яЏ пЁяЂпµя…пё я‚пµяЂпїпµп»п°. пЎпєпёпїпµя‚яЂ я‚пµп±пµ пІпµяЂпЅяѓпІ пґпѕ яЃяЂпѕпєяѓ -- п§я‚пѕ яѓп¶пµ пґяѓя€пµ пґпѕ яЏяЃя‚пІ пё п±яЂп°я€пЅп°! пњпѕп»пѕпґпѕяЃя‚яЊ пјпѕяЏ! пњпѕяЏ пјпѕяЂпѕпєп°- пњпѕп»пѕпґпѕяЃя‚яЊ! пњпѕп№ п»пѕяЃпєяѓя‚пѕпє пєяѓпјп°я€пЅя‹п№! -------- 2 пЎпєпѕяЂпѕ яѓп¶ пёп· п»п°яЃя‚пѕя‡пµпє -- пІ пєпѕп»пґяѓпЅяЊпё! пњпѕп»пѕпґпѕяЃя‚яЊ! пџяЂпѕяЃя‚пёпјяЃяЏ пЅп°пєп°пЅяѓпЅпµ... пџпѕяЃя‚пѕпёпј яЃ я‚пѕп±пѕяЋ пЅп° пІпµя‚яЂяѓ! пЎпјяѓпЁп»п°яЏ пјпѕяЏ! пёя‚пµя€яЊ яЃпµяЃя‚яЂяѓ! пџпѕп»я‹я…пЅпё пјп°п»пёпЅпѕпІпѕяЋ яЋп±пєпѕп№, пњпѕп»пѕпґпѕяЃя‚яЊ пјпѕяЏ! пњпѕяЏ пЁпѕп»яѓп±пєп° пЎпјяѓпЁп»п°яЏ! п п°п·п·пѕяЂ пјпѕпµп№ пґяѓя€пё! пњпѕп»пѕпґпѕяЃя‚яЊ пјпѕяЏ! пёя‚пµя€яЊ, яЃпїп»яЏя€пё! пџпѕп»пѕяЃпЅпё п»п°п·пѕяЂпµпІпѕяЋ я€п°п»яЊяЋ, пЁп°п»п°яЏ пјпѕяЏ! пџпѕя€п°п»пµпІп°п»пё п”пѕяЃя‹я‚п° яЃ я‚пѕп±пѕп№! -- пЎпїп»яЏя€пё, пѕя€пїп°яЂяЊ! п—пѕп»пѕя‚я†пµ пјпѕпµ -- пїяЂпѕя‰п°п№ -- яЏпЅя‚п°яЂяЊ! пќпµяЃпїяЂпѕяЃя‚п° яЂяѓпєпё я‚пІпѕпµп№ пєп°яЃп°яЋяЃяЊ, п п°пє яЃ п»яЋп±пѕпІпЅпёпєпѕпј яЃ я‚пѕп±пѕп№ пїяЂпѕя‰п°яЋяЃяЊ. п’я‹яЂпІп°пЅпЅп°яЏ пёп· пЁяЂяѓпґпЅя‹я… пЁп»яѓп±пёпЅ -- пњпѕп»пѕпґпѕяЃя‚яЊ пјпѕяЏ! -- п?пґпё пє пґяЂяѓпЁпёпј!18 пЅпѕяЏп±яЂяЏ 1921Источник: Прислал читатель
пўпћпЎп пђ пџпћ п пћп”п?пќп•! п”пђп’пќпћ...пўпѕяЃпєп° пїпѕ п пѕпґпёпЅпµ! п”п°пІпЅпѕ п п°п·пѕп±п»п°я‡пµпЅпЅп°яЏ пјпѕяЂпѕпєп°! пњпЅпµ яЃпѕпІпµяЂя€пµпЅпЅпѕ пІяЃпµ яЂп°пІпЅпѕ - п“пґпµ яЃпѕпІпµяЂя€пµпЅпЅпѕ пѕпґпёпЅпѕпєпѕп№ п‘я‹я‚яЊ, пїпѕ пєп°пєпёпј пєп°пјпЅяЏпј пґпѕпјпѕп№ п‘яЂпµяЃя‚пё яЃ пєпѕя€пµп»пєпѕяЋ п±п°п·п°яЂпЅпѕп№ п’ пґпѕпј, пё пЅпµ п·пЅп°яЋя‰пёп№, я‡я‚пѕ пјпѕп№, п п°пє пЁпѕяЃпїпёя‚п°п»яЊ пёп»пё пєп°п·п°яЂпјп°. пњпЅпµ пІяЃпµ яЂп°пІпЅпѕ, пєп°пєпёя… яЃяЂпµпґпё п›пёя† пѕя‰пµя‚пёпЅпёпІп°я‚яЊяЃяЏ пїп»пµпЅпЅя‹пј п›яЊпІпѕпј, пёп· пєп°пєпѕп№ п»яЋпґяЃпєпѕп№ яЃяЂпµпґя‹ п‘я‹я‚яЊ пІя‹я‚пµяЃпЅпµпЅпЅпѕп№-пЅпµпїяЂпµпјпµпЅпЅпѕ п’ яЃпµп±яЏ, пІ пµпґпёпЅпѕп»пёя‡яЊпµ я‡яѓпІяЃя‚пІ. п п°пјя‡п°я‚яЃпєпёпј пјпµпґпІпµпґпµпј п±пµп· п»яЊпґпёпЅя‹ п“пґпµ пЅпµ яѓп¶пёя‚яЊяЃяЏ (пё пЅпµ я‚я‰яѓяЃяЊ!), п“пґпµ яѓпЅпёп¶п°я‚яЊяЃяЏ-пјпЅпµ пµпґпёпЅпѕ. пќпµ пѕп±пѕп»яЊя‰яѓяЃяЊ пё яЏп·я‹пєпѕпј п пѕпґпЅя‹пј, пµпЁпѕ пїяЂпёп·я‹пІпѕпј пјп»пµя‡пЅя‹пј. пњпЅпµ п±пµп·яЂп°п·п»пёя‡пЅпѕ, пЅп° пєп°пєпѕпј пќпµпїпѕпЅпёпјп°пµпјпѕп№ п±я‹я‚яЊ пІяЃя‚яЂпµя‡пЅя‹пј! (п§пёя‚п°я‚пµп»пµпј, пЁп°п·пµя‚пЅя‹я… я‚пѕпЅпЅ п“п»пѕя‚п°я‚пµп»пµпј,пґпѕпёп»яЊя†пµпј яЃпїп»пµя‚пµпЅ...) п”пІп°пґя†п°я‚пѕпЁпѕ яЃя‚пѕп»пµя‚яЊяЏ пѕпЅ, пђ яЏ - пґпѕ пІяЃяЏпєпѕпЁпѕ яЃя‚пѕп»пµя‚яЊяЏ! пћяЃя‚пѕп»п±пµпЅпµпІя€пё, пєп°пє п±яЂпµпІпЅпѕ, пћяЃя‚п°пІя€пµпµяЃяЏ пѕя‚ п°п»п»пµпё, пњпЅпµ пІяЃпµ - яЂп°пІпЅя‹, пјпЅпµ пІяЃпµ - яЂп°пІпЅпѕ, пќпѕ, пјпѕп¶пµя‚ п±я‹я‚яЊ, пІяЃпµпЁпѕ яЂп°пІпЅпµпµ. п пѕпґпЅпµпµ п±я‹пІя€пµпµ-пІяЃпµпЁпѕ. п’яЃпµ пїяЂпёп·пЅп°пєпё яЃ пјпµпЅяЏ, пІяЃпµ пјпµя‚я‹, п’яЃпµ пґп°я‚я‹ - пєп°пє яЂяѓпєпѕп№ яЃпЅяЏп»пѕ: п”яѓя€п°, яЂпѕпґпёпІя€п°яЏяЃяЏ - пЁпґпµ-я‚пѕ. пўп°пє пєяЂп°п№ пјпµпЅяЏ пЅпµ яѓп±пµяЂпµпЁ пњпѕп№, я‡я‚пѕ пё яЃп°пјя‹п№ п·пѕяЂпєпёп№ яЃя‹я‰пёпє п’пґпѕп»яЊ пІяЃпµп№ пґяѓя€пё, пІяЃпµп№-пїпѕпїпµяЂпµпє! п пѕпґпёпјпѕпЁпѕ пїяЏя‚пЅп° пЅпµ яЃя‹я‰пµя‚! п’яЃяЏпє пґпѕпј пјпЅпµ я‡яѓп¶пґ, пІяЃяЏпє я…яЂп°пј пјпЅпµ пїяѓяЃя‚. п? пІяЃпµ - яЂп°пІпЅпѕ, пё пІяЃпµ - пµпґпёпЅпѕ. пќпѕ пµяЃп»пё пїпѕ пґпѕяЂпѕпЁпµ пєяѓяЃя‚ п’яЃя‚п°пµя‚, пѕяЃпѕп±пµпЅпЅпѕ - яЂяЏп±пёпЅп°...3 пјп°яЏ 1934Источник: Прислал читатель
